Зараза из-под крана |
 100 лет назад Совет министров одобрил проект перестройки системы водоснабжения Санкт-Петербурга, где несколько десятилетий водозаборы находились ниже по течению Невы, чем сливы канализации, отчего столица империи занимала одно из первых мест в мире по количеству заразных заболеваний на душу населения. По смертности от инфекций не отставал от столицы и Киев, да и в Москве европейские удобства были только у жителей центра города. Качество же водопроводной воды во всех городах было просто плохим, стоила она дорого, а компании, управлявшие водопроводным хозяйством, бессовестно обирали обывателей."Ни побриться, ни попить" "Почему я водовоз?" Этот вопрос, который задавал себе герой знаменитой советской комедии "Волга-Волга", на деле имел совершенно иной ответ, чем в его песне. Дело было не только в том, что без воды "и ни туды и ни сюды". В подавляющем большинстве отечественных городов, даже стоящих на берегах рек, со стародавних времен отсутствовал водопровод. И если во дворе или поблизости от дома не было колодца, обывателям не оставалось ничего иного, как договариваться с водовозами о доставке воды конной тягой. С подобной ситуацией безропотно мирились и подданные Российской империи, и ее правители вплоть до Екатерины II. Матушка-императрица нашла, что негоже выглядеть хуже просвещенной Европы, и после очередной эпидемии повелела построить водопровод, который снабжал бы чистой и здоровой водой Москву. Построенные в Третьем Риме акведуки выглядели не хуже, чем в первом Риме. Разница заключалась лишь в том, что в столице Римской империи девять водопроводов подавали жителям почти 100 млн л воды в сутки, а в Москве двумя тысячелетиями позже - немногим более 3 млн л. При этом, однако, московские водопроводы регулярно совершенствовались, перестраивались и считались к середине XIX века едва ли не лучшими в стране. Основная масса воды поступала тогда в первопрестольную из мытищинских родников и по кирпичным, а где и деревянным трубам попадала в фонтаны, построенные на крупных площадях города - Шереметевской, Никольской, Театральной, Варварской и других, откуда ее набирали в свои бочки водовозы и развозили в частные владения или нуждавшиеся в воде учреждения. Из этих же фонтанов наполнялись бочки пожарных, и нередко случалось так, что во время крупных возгораний ближайший фонтан оказывался вычерпанным до дна. А если с соседними водоемами случалась та же напасть, выгорали целые кварталы, а то и районы деревянных построек. Об индивидуальном снабжении не то что частных домов, но и общественных зданий до 1860-х годов не было даже и речи. В качестве назидательного примера всем просителям рассказывали историю о том, что в проведении воды в собственный дом у Сретенских ворот отказали даже инженер-генерал-майору Янишу, под руководством которого в конце 1820-х годов московский водопровод был переустроен и усовершенствован. Первые частные потребители, подключенные к московскому водопроводу, появились лишь после того, как в 1853-1858 годах была проведена его очередная реконструкция. Кирпичные трубы тогда по большей части заменили чугунными, поставили новые паровые машины, помогавшие поднимать воду в высокие части Москвы, а также провели трубы от сокольнических родников и стали подкачивать воду из Москвы-реки. В результате в город стало подаваться почти вдвое больше воды. "1-го июля 1853 года,- писал руководитель строительства инженер-генерал-майор барон Дельвиг,- было приступлено к проложению чугуннотрубного водопровода от мытищинских ключей к столице, и 1-го ноября 1858 года открыто по оному полное водоснабжение, по которому притекает ежедневно 500 тыс. ведер воды (ведро - 12,3 л.- "Деньги") во вновь устроенные тринадцать фонтанов и один водоразборный колодезь... Новые тринадцать фонтанов устроены на площадях: самотецкой, угольной (против семинарии), триумфальной, кудринской, собачьей, смоленской, зубовской (против провиантских магазинов), сандуновской, покровской (на земляном рынке), богоявленской, рогожской и таганской, на дворе дома, занимаемого военным генерал-губернатором, и один разборный колодец на 1-й мещанской улице, у трифоновскаго переулка... Следовательно, 1-го ноября 1858 года в столице имелось двадцать шесть мест для разбора мытищинской воды городскими обывателями". Позаботились строители и о пожарных. "Вместе с проложением новых труб мытищинского водопровода,- сообщал Дельвиг,- устроено на них 15-ть отдушин с пожарными кранами (обыкновенно называемых пожарными колодцами)... Следовательно, к 1-му ноября 1858 года всех пожарных колодцев на трубах мытищинского водопровода имелось 27. Лето 1859 года было замечательно частыми пожарами. В Москве редкий день проходил без пожара; бывало и несколько пожаров в один день; но большею частью они были потушены в самом начале. Конечно, одна из главных причин скорого тушения пожаров была близость воды почти во всех частях города. Большая часть обывателей Москвы вполне оценили пользу водопроводов, из коих жители пользуются отменно чистою и здоровою водою". Мало того, в фонтанах начали образовываться излишки воды, которые, чтобы они не пропадали попусту, разрешили отводить в частные дома. Причем правила, регламентирующие этот процесс, рассматривал и утверждал сам император Александр II. "В настоящее время,- разъяснял барон Дельвиг в 1860 году,- уступка воды в разные общественные и промышленные заведения и владельческие дома может быть подразделена на уступки, сделанные до обнародования Высочайше утвержденных правил на этот предмет и после их обнародования. К первым относятся снабжение из водопроводных труб большого кремлевского дворца, обоих театров и Страстного монастыря и проведение излишней воды из варварского фонтана в воспитательный дом, из никольского, театрального и воскресенского фонтанов в бани Челышева; сверх того из театрального во временную тюрьму при присутственных местах, а из арбатскаго - в александринский кадетский корпус. Так как эти уступки были сделаны по особым Высочайшим повелениям и распоряжениям главного начальства столицы, то на них никакой платы и в настоящее время не полагается. Также не полагается платы за воду, которою пользуются те, которые провели воду в свои дворы и пруды из сокольничьего водопровода, так как комиссия, назначенная в 1856 году по распоряжению московского военного генерал-губернатора, найдя эту воду негодною для питья и варения пищи, не полагала возможным означенных домовладельцев подвергнуть какой бы то ни было плате. На основании Высочайше утвержденных правил проведена в 1859-м году вода из мытищинского водопровода: в восемь промышленных заведений и в семь домов, не имеющих промышленных заведений, а из сокольничьего водопровода - в четыре промышленные заведения и в один частный дом. Общая годовая плата всех заведений и домов за проведенную в них воду простирается до 2447 руб. 72,5 копеек". Подключение новых потребителей обставлялось такими условиями, что соглашались на них главным образом владельцы московских бань, бизнес которых без воды буквально ничего не стоил. Так, купцу Ломакину, владельцу нескольких бань, включая Сандуновские, разрешили брать излишки воды из Самотечного и Триумфального фонтанов, за что он обязался вносить в московскую казну 300 рублей ежегодно, а также построить водопровод от Триумфальной площади до Патриарших прудов и передать его через шесть лет в собственность города. При этом перспективы московского водоснабжения выглядели отнюдь не радостно, поскольку паровые машины, качавшие воду в город, нередко выходили из строя, а возможности их обслуживания и ремонта были таковы, что город мог на многие дни остаться без воды. На содержание механика, способного постоянно поддерживать систему в работоспособном состоянии, у города денег не нашлось, и наняли человека, который лишь два раза в месяц осматривал машины. А купец Алексеев, владелец единственного завода, способного изготавливать необходимые запчасти для паровых машин, предпочитал высокооплачиваемые работы и очень неохотно брался за мелкие городские заказы. Но главное - даже после крайне дорогостоящей перестройки московских водопроводов в плане снабжения водой на душу населения Москва не очень-то приблизилась к европейским столицам. Там на kаждого жителя приходилось около 100 л воды в сутки, а в Москве - 25 л. Однако даже эта цифра вызывала крайнее возбуждение и зависть в северной столице, где искали деньги на строительство водопровода с 1830-х годов, но на протяжении четверти века так и не нашли. kommersant.ru |
|
Похожие материалы:
Нанотехнологии XXI века в очистке воды Питейные заблуждения Рынок без цвета и запаха |
|
|
|||
 |
|||
|
|
|
||
|
aquaguide.ru © 2008
Разработка и сопровождение S.Blazheev Размещение информации с сайта в открытых источниках, только с разрешения администрации сайта. Карта сайта Карта сайта XML 
|
|||
