<< вернуться назад   хотите разместить рекламу на сайте?

Главная / Статьи / Что будем пить в третьем тысячелетии

Что будем пить в третьем тысячелетии

08.09.08
 

Нет, речь не о водке, а о простой воде, о той, что течет у вас из крана и без которой существование человека невозможно. Окруженные со всех сторон благами цивилизации, мы как-то не задумываемся над тем, какой путь приходится пройти воде и сколько усилий затрачивается на то, чтобы из крана текла нормальная, «простая» вода. Многие привыкли ее сразу из-под крана и пить, другие же все же предпочитают предварительно пропустить через фильтр и прокипятить. Лишние хлопоты? Как выясняется, нет. Совсем не лишние.

Что течет из крана?

В 1983 году 19% проб воды не отвечало по одному или нескольким санитарно-гигиеническим показателям старого ГОСТа и 10% — по бактериологическим. В общем-то и так ясно, что цифры огромные, однако для сравнения скажем, что, например, во Франции процент несоответствия составлял 0,01, хотя анализ делался по гораздо большему числу показателей.
В 90-е годы ситуация ухудшилась. В 1991–1995 годах прежние показатели выросли еще в полтора раза. На сегодняшний день ситуация не улучшилась, но, по крайней мере, стабилизировалась. Самыми неблагополучными по качеству воды из 12 российских регионов являются Северный, Дальневосточный и Калининградский. Обобщенная картина тоже не совсем верна, поскольку, когда специалисты делают анализ по субъектам Федерации, а их у нас 89, выясняется, что в целом ряде автономных округов более 70% воды не отвечают нормам. То есть население постоянно потребляет недоброкачественную питьевую воду.
В 1999 году вода не отвечала санитарным требованиям в 28,9% случаев. В 3–4 раза этот показатель выше в Карелии, Калмыкии, Карачаево-Черкесии, Томской, Калужской, Омской областях. Такие города, как Екатеринбург, Уфа, Пермь, Саратов, давно стоят у специалистов в черном списке населенных пунктов, водопроводная вода которых не отвечает требуемым параметрам ГОСТа и санитарным нормам на питьевую воду:
водопроводная вода Екатеринбурга признана на данный момент «технической», то есть непригодной для питья и приготовления пищи;
в настоящее время водопровод города Владимира относится к третьей (высокой) степени потенциальной эпидемиологической опасности;
жители Саратова вынуждены потреблять воду с отклонениями от ГОСТа в 15% проб по микробиологическим и 35% по химическим показателям;
с 1997 года количество сульфатов, сброшенных предприятиями Москвы через городские и областные водоемы в бассейн Оки, увеличилось в 4 раза, хлоридов — в 1,5 раза, значительно выросло содержание железа, меди, нитритного азота, фенола;
в водах реки Пахры концентрация фенола достигает 28 ПДК (предельно допустимая концентрация), фосфора и меди — 29 ПДК.

Болезни от воды


С одной стороны, конечно, массовых заболеваний, вызванных отравлениями питьевой водой, в России за последнее время зарегистрировано не было (постучим по дереву, чтоб не сглазить). Значит, с известными трудностями, но системы водоочищения все же работают. Это бесспорный плюс, ибо что было бы, если бы мы при нашей экологии пили неочищенную воду рек и озер, даже представлять себе не хочется.
И все же. Известно, что загрязненная вода, попадая в организм человека, вызывает 70–80% всех известных болезней, на 30% ускоряет его старение. Известно также, что многие болезни, особенно у детей, зависят и развиваются из-за употребления токсичной воды. К ним относятся респираторные заболевания (ринит, бронхит, пневмония); заболевания желудочно-кишечного тракта (гастрит, дуоденит, болезни печени); аллергические проявления (экзема, нейродермит, диатез); некоторые инфекционные заболевания (ветряная оспа, корь, паротит, коревая краснуха).

Хлор — друг или враг?


С начала ХХ века для дезинфекции воды используется хлор. За это время он успел зарекомендовать себя как эффективное средство, относительно дешевое и весьма устойчивое, чтобы находиться в системе водоснабжения достаточное время. Однако лет 25–30 назад экологи стали задумываться не только над его эффективностью, но и безопасностью. И что же получилось? Позитивная сторона обработки и очищения воды очевидна, однако есть и определенные негативные последствия (хотя они и несопоставимы с тем, что было бы, если бы обработка не проводилась).
Хлор — активный реагент, который в воде может вступать в соединения с другими веществами. В результате образуются новые соединения, которых до этого в воде не было. Зачастую они оказываются более токсичными и страшными, чем были предшествующие. Часть этих веществ способна проникать через неповрежденную кожу человека в ванной, бассейне и так далее. Помимо этого, часть соединений может переходить в воздух, когда человек принимает душ, например. Все знают наши маленькие ванные комнаты, вентиляция в них практически отсутствует. Поэтому через 15–20 минут с площади воды в воздух переходят достаточно высокие и опасные концентрации галогенсодержащих соединений (соединений, образованных хлором). Мы пьем воду, когда купаемся, — она проходит в нас через кожу, и мы ею дышим — хлор везде, и опасность достаточно велика.
Некоторые специалисты полагают, что вклад галогенных соединений, которые образует хлор, в увеличение прироста онкологических заболеваний составляет от 5 до 15%. Другие же не склонны столь драматизировать ситуацию и говорят о том, что пока нет достаточных доказательств канцерогенности продуктов хлорирования воды для человека. Однако это не значит, что вещества, которые образует хлор, не обладают способностью повышать частоту злокачественных новообразований. Это означает, что в совокупности собранные на сегодняшний день данные не отвечают самым строгим и полным критериям, по которым вещества, или производства, или соединения относятся к веществам с доказанным канцерогенным эффектом для человека. Сейчас известно около 50 веществ, способных вызывать злокачественные образования, хотя на самом деле их значительно больше.
Сейчас основная очистка ведется хлором, и это в десятки, сотни, а иногда и в тысячи раз улучшает показатели чистоты воды, однако в некоторых случаях и этого оказывается недостаточно: вирусы, например, очень маленькие, и для них барьерная роль существующих очистных сооружений не очень велика, а малейшее нарушение существующего технологического режима может привести к серьезным последствиям.
Некоторые специалисты предлагают поставить хлорирование вне закона, обосновывая это еще и тем, что есть другие, зачастую более простые способы обеззараживания и сточных, и питьевых вод. Обеззараживание озоном и ультрафиолетом считается наиболее кардинальным и безопасным средством.

Система контроля

Откуда мы берем воду? В 70% случаев из рек и озер, в 30% — из-под земли. Подземные источники считаются наиболее защищенными, однако и они последнее время все чаще оказываются пораженными техническими отходами.
Мы сами относимся к проблеме совершенно безалаберно. По данным 1998 года, только 4% сточных вод соответствуют нормативам по очистке, а в 1994 году нормам соответствовало 9% сточных вод, то есть ситуация с каждым годом ухудшается. И это при том, что производственные мощности в стране упали примерно на 70%, а если завтра мы начнем все восстанавливать?..
Как мы уже сказали, из открытых источников сегодня получают воду около 70% населения, но только 1% этих вод отвечает первому классу, то есть классу, на который рассчитаны технологии водообработки — коагуляции, отстаивания, фильтрации, обеззараживания хлором.
Чтобы понять, насколько мы в системе контроля отстаем в этой области, еще в 1976 году на симпозиуме в США наших специалистов знакомили с системой, которая определяла до трехсот хлорорганических соединений, в то время как наш нормативный документ содержал только один показатель — хлороформ.
Сотрудники НИИ экологии человека и гигиены окружающей среды им. А. Н. Сысина исследовали 25 рек, озер и водохранилищ. Было выделено 237 соединений, находящихся в этих водах. Выяснилось, что 69% из них не нормировано, то есть вещества существуют, но никоим образом не контролируются, и, какое влияние они оказывают на организм человека, никем не исследуется. На основании проверки питьевой воды 75 городов был составлен перечень из 42 веществ, наиболее распространенных в питьевой воде. Из них 52% не имеют гигиенических нормативов, то есть их влияние на здоровье населения остается неконтролируемым.
И тем не менее наука дает все больше возможностей для системного и широкого анализа качества воды и позволяет выявлять то, что вчера еще было недоступно и неизвестно. Не так давно воды 16 населенных пунктов Калмыкии были обследованы по 100 показателям (по старому ГОСТу исследования проводились по 28 показателям). Помимо заболеваний желудочно-кишечного тракта и мочевыделительной системы, под угрозой появления которых находились люди, использующие эту воду, по результатам старых тестов к ним прибавилась вероятность влияния некачественной воды на сердечно-сосудистую, кроветворную и репродуктивную системы.


Москва

Несмотря на то что вода в Москве-реке относится по классификации к IV-V-VI классам (загрязненная, грязная и очень грязная), система водоподготовки в столице одна из самых эффективных. По мнению специалистов, воду, идущую из московских кранов, можно считать чистой. Особенно повезло жителям юго-запада, поскольку на юго-западной очистительной станции используются наиболее современные средства обеззараживания воды в Москве. Удовольствие это недешевое: одна такая станция стоит 125 миллионов долларов. Даже для столицы, в которой работает в общей сложности 12 водоочистительных станций, перевод всего города на такую систему — удовольствие нереально дорогое. В России же 60 тысяч водопроводов, и рассчитывать, что в ближайшее время найдутся деньги, чтобы ситуацию исправить, достаточно утопично.

Фтор и йод


85–90% нешего населения живут в условиях дефицита фтора и йода. Недостаток фтора — это плохие зубы, недостаток йода — плохая голова, в смысле развития слабоумия. Восполнять недостатки надо за счет питания, а также вводя фтор и йод в воду. Стоимость фторирования воды составляет 1–2 доллара в год на человека. Это приемлемая цифра даже для нашей страны. В США 72% населения получают фторированную воду. Экономический эффект от фторирования воды по отношению к одному леченому больному зубу 1 к 100. В России, справедливости ради надо сказать, попытки приблизиться к цивилизованному обществу предпринимаются. Существуют, например, постановление правительства по устранению дефицита йода в стране и постановление № 5 от 11 июля 2000 года министра здравоохранения и главного государственного врача о необходимости восполнения этих элементов, в том числе за счет коррекции качества питьевой воды. Однако в действительности добиться от водоканалов введения фторирования воды крайне сложно.
Сегодня нет оснований быть оптимистами и рассчитывать на быстрое изменение ситуации с очисткой воды: последние 10 лет это четко показали. Остается лишь надеяться, что по-прежнему серьезных проблем со здоровьем у нас из-за воды не будет; что найдутся деньги на новые методы и средства для очистки воды. Пока же тем, кто сомневается все же в качестве воды, текущей из крана, остается посоветовать принимать и собственные меры для дополнительного ее очищения: дать воде некоторое время отстояться, лучше на солнце, прокипятить, положить в нее серебряную ложку, наконец воспользоваться фильтром.
Сорок из 50 городов США фторируют воду.
Ежегодно каждый десятый житель Земли страдает от потребления недоброкачественной питьевой воды.
В США в 1985 году ущерб от использования недоброкачественной водопроводной воды был оценен в 19,5 миллиарда долларов в год.
АиФ Здоровье